РАССКАЗЫ О НЕОБЫЧАЙНОМ РАБИ НАХМАНА ИЗ БРАСЛАВА

с комментариями р. Адина Штейнзальца (Эвен Исраэль)

2 издание

Адин Штейнзальц
Краткая биография

А. Штейнзальц (Эвен Исраэль) -всемирно известный раввин, педагог, ученый. Родился он в 1937 году в Иерусалиме. Получил традиционное еврейское образование в йешивах, параллельно изучая математику, физику и химию в Еврейском университете.

А. Штейнзальц — почетный доктор ряда университетов Израиля и США. С 1965 года он возглавляет Институт талмудических публикаций; стал инициатором монументального проекта: комментированного перевода Талмуда на современный иврит. На сегодняшний день уже вышли в свет 32 тома этого уникального труда. Под руководством р. Штейнзальца специалисты Института переводят Талмуд на английский, французский, испанский и русский языки. Он — автор десятков книг и сотен статей, относящихся к самым различным областям науки, философии и религии; многие из этих трудов переведены на все основные языки мира, включая китайский и японский.

Раввин Штейнзалъц — признанный авторитет в сферах еврейского образования и права. Он — создатель и глава сети новаторских учебных заведений «Мекор хаим » в Израиле, также ряда просветительских орга низаций в СНГ, в том числе Инсти тута изучения иудаизма (1990 г. Многие тысячи евреев России и других стран считают его своим духов ным наставником. За свою деятель ностър. Адин Штейнзалъц удостоен высшей награды еврейского государ ства — Премии Израиля (1988 г.)

«ИСТОРИИ О НЕОБЫЧАЙНОМ»

Свои истории раби Нахман начал рассказывать в 1806 году. Обычно это происходило после бесед с толкованием Торы, посвященных определенной теме. Большинство историй, среди них самые пространные и значительные, раби Нахман поведал в последний год жизни. Важнейшая из них — «Семь нищих» — была рассказана за полгода до смерти.

Хасидский мир буквально наводнен историями, передаваемыми изустно из поколения в поколение, однако «Истории о необычайном» стоят среди них особняком. Их своеобразие неповторимо. Как правило, хасидская история — это рассказ об определенном человеке, о его праведности, деяниях и святости, о чудесах, сотворенных им, или о словах мудрости, произнесенных им, и о связанных с ним обычаях. В отличие от них «Истории о необычайном» облечены в художественную форму. В жанре волшебной сказки раби Нахман выражал свои идеи, высказывал мысли на разные темы. Не случайно его истории композиционно и сюжетно близки к народным сказкам, еврейским и нееврейским, бытовавшим в то время.

Однако было бы ошибкой отождествлять «Истории о необычайном» с жанром литературной сказки, в котором творили, например, Ханс-Кристиан Андерсен, Оскар Уайльд, Франц Кафка (параллели между произведениями которого и сказками раби Нахмана несомненны), Герман Гессе и другие. Литературная сказка, как всякий литературный жанр, выражает идеи автора с помощью художественных образов и символов, в то время как «Истории о необычайном» насыщены Торой, они содержат и выражают ее подобно другим книгам раби Нахмана — например, «Ликутей-Маhаран». Вместе с тем в этой книге тоже можно найти вымышленные истории, с помощью которых раби Нахман доносит до нас скрытую мудрость Торы. Они тоже облечены в художественную форму, так же поэтичны.

Раби Нахман хорошо понимал особенности избранного им жанра. Он предварил свои «Истории» словами: «Отныне я буду рассказывать вам сказки» — и добавил, что с помощью сказок надеется раскрыть свое учение с новой стороны, позволяющей еще глубже проникнуть в него. В то время, публично толкуя Тору (3), раби Нахман отчасти объяснил свой подход к ее комментированию.

По его словам, люди порой не в состоянии воспринять Тору в истинном виде, без покровов, и потому «надо накинуть на ее лик (на ее внутреннюю сущность) покрывало вымышленных историй». Причин этому, по его словам, три: «Когда исцеляют слепого, не снимают повязку сразу, чтобы свет не ударил по глазам. Это касается и тех, кто долго пробыл во мраке или во сне. Вторая причина: приходится скрывать свет, чтобы внешние силы (силы зла) не овладели им. И, наконец, третья: зло, овладев светом, не даст ему распространиться, и потому надо скрыть его, чтобы оно осталось неузнанным».

Далее раби Нахман перечисляет способы, которыми пользуются мудрецы, чтобы раскрывать своим воспитанникам суть Торы в соответствии с их уровнем, и завершает так: «Но есть ученики, которые пали так низко, что уже невозможно пробудить их ничем, кроме историй из прошлого, откуда все семьдесят ликов Торы черпают жизненность».

«Истории о необычайном», которые сам автор называл «Историями из прошлого», содержат все тайны Торы во всем многообразии ее ликов. Однако на каждый тайный лик наброшен такой плотный покров, что на расстоянии этот лик просто не разглядеть. И потому каждый может приблизиться, удостоиться откровения и прозреть.